Епископ Виссарион (Нечаев). Уроки покаяния по библейским сказаниям

Глава 36

Ахаав

 

Ахаавовым поревновала еси сквернам, душе моя, увы мне, была еси плотских скверн пребывалище (жилище) и сосуд срамлен (постыдный) страстей: но из глубины твоея вздохни и глаголи Богу грехи твоя.

(3 Цар. 16, 29‑30)

 

Ахаав был царь израильский, восьмой после Иеро воама. Ахаав превзошел Иеровоама нечестием. Последний ввел поклонение тельцам, – под образом тельца он думал почтить истинного Бога.

Ахаав пошел дальше. Сочетавшись браком с язычницей Иезавелью, сидонской царевной, он в угоду ей ввел в своем царстве служение сидонским божествам Ваалу (солнцу) и Астарте (Луне), содержал 850 жрецов и лжепророков этих богов, воздвигал для них капища, в которых допускаем был разврат в честь этих богов, дозволял преследование пророков истинного Бога, особенно восстал против Илии Фесвитянина, который беспощадно обличал его за нечестие. Ахаав опозорил себя также преступлением против благочестивого израильтянина Навуфея, которого ограбил и погубил. Ахаав мог бы быть добрым царем, – он доступен был раскаянию, которое показал, выслушав обличение пророка Илии за поступок с Навуфеем; но Ахаав был слабодушный человек и слабодушно отдался влиянию нечестивой жены своей.

Ахааву, унизившему себя рабской угодливостью нечестивой Иезавели, подражают грешники, когда дают себя завлечь в общество людей развратных и нечестивых. Подобно Ахааву они в таком обществе делаются нечестивыми, развратными и обидчиками. Если справедливо, что общение с людьми благочестивыми и добродетельными благотворно в нравственном отношении, то, наоборот, худые сообщества развращают добрые нравы (1 Кор. 15, 33). Вступать в близкое сношение с нечестивыми и развратными – то же, что прикасаться к смоле: нельзя не запачкаться, то же, что ходить на раскаленных углях, класть в пазуху огонь, нельзя не обжечься (см.: Притч. 6, 27‑28).

 

Иной, понадеявшись на себя, входит в близкое сношение с порочными людьми без опасения вреда для себя, – он не боится ни запачкаться, ни обжечься. Его сначала приводит к ним одно любопытство, но сделал один шаг, захочешь сделать другой. Любопытство незаметно перерождается в сочувствие. Пример – азартные игроки. Не вдруг они делаются таковыми. Сначала они только из любопытства присутствовали при игре, только смотрели на играющих. Потом приглашены были ими принять участие в игре затем лишь, чтобы попробовать счастья. Приглашение принято, счастье на первых порах улыбнулось. Усилилось желание продолжить пробу, чтобы продлить приятное ощущение удачи. Следовало бы остановиться, но силы для этого уже не достает. Несчастный вовлечен в игру. За удачей следуют неудачи, которые только раздражают несчастного игрока. Желание отыграться побуждает его не бросать игры, и он не бросает, пока совсем не проиграется. Советники, вовлекшие его в игру, утешают его надеждой будущих благ, которая действительно по временам оправдывается, и он, постепенно втягиваясь в игру, делается записным, даже бесчестным игроком.

 

На эту постепенность уловления в сети худых сообществ можно видеть указание в словах Псалмопевца: Блажен муж, иже не иде на совет нечестивых, и на пути грешных не ста, и на седалищи губителей не седе (Пс. 1, 1). Несчастен, кто дал себя увлечь в общество губителей веры и нравственности; еще несчастнее, если он стал на их пути, утвердился в их образе мысли, и гораздо несчастнее, если сел, засел с ними, сделался товарищем их в уловлении ближних. Такова пагубная постепенность падения! Крайняя степень падения является следствием первого необдуманного шага на пути к нему.

 

Не следует совсем сближаться с людьми нечестивыми и развратными, чтобы не сделаться подобными им, как не следовало Ахааву вступать в брак с Иезавелью, чтобы не перенять от нее нечестия. Но если и душа Ахаава доступна была раскаянию, если и он плакал и сокрушался, когда обличен был в преступлении пророком Илией, хотя это раскаяние было непрочно, то не тем ли паче свойственно раскаяние христианской душе, впадшей в глубину грехов, сделавшейся жилищем плотских скверн, постыдным сосудом страстей? Нравственным растлением она унизила в себе не человеческое только, но и христианское достоинство, и потому пусть из глубины своего падения воздохнет и глаголет Богу грехи свои, и если она погрязла в этой глубине с тех пор, как дала себя увлечь злыми сообществами, пусть бросит их с таким же самоотвержением, какое потребно для того, чтобы дать совершить над собой, для пресечения болезни, операцию отсечения правой руки, избодения правого глаза. Лучше пожертвовать привязанностями, пагубными в нравственном отношении, как ни тяжело это, чем обречь себя на вечную погибель.

(484)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *